Гиппопотам - Страница 99


К оглавлению

99

Дорогой Тед!

Мне так жаль. Не могу понять, что происходит. Мне нужно, чтобы Вы прислали ко мне в больницу Дэви. Я вдруг совсем ослабела. Это лишено смысла. Лишено какого бы то ни было смысла.

Врачи твердят, что это лейкемия, но мы же знаем, это не так, верно? Знаем, что они наверняка заблуждаются.

Спасибо Вам за все Ваши письма, за то, что Вы вкладываете в эту работу всю душу. Я не ошиблась, послав Вас, и не забыла о нашей договоренности. Я составила новое завещание, которое засвидетельствовали медицинские сестры. Потратьте эти деньги на то, чтобы дар Дэви стал известным всему миру.

Как только получите это письмо, приезжайте с Дэви. Он снова все поправит.

С любовью, Джейн.


– Насколько я знаю, – сказал Грин, – она скончалась не более чем через полчаса после того, как написала его. Так грустно. У меня брат умер от лейкемии. Ужасная болезнь.

– Ужасная, – сказал я, вставая.

– Еще два небольших дела перед тем, как вы уйдете, мистер Уоллис. У меня здесь ключи от Онслоу-Террис. Возьмете?

– Думаю, да. Там есть кой-какие бумаги, которые я должен просмотреть.

И я задумался над странным обычаем, согласно которому письма, счета, весь бесполезный бумажный сор, оставшийся от человека, вдруг облагораживается, обретая в самое мгновение его смерти титул «Бумаги». А всякое барахло, вроде ключей от дома, становится, натурально, «Имуществом».

Грин, церемонно склонив голову, протянул мне ключи.

– А второе? – спросил я.

– Второе дело вот в чем, – ответил он и, робко улыбнувшись, взял со стола книгу. – Не могли бы вы оказать мне неоценимую услугу, подписав мой экземпляр ваших «Избранных сочинений»?

Мальчики сидели на втором этаже «ресторана», как ему угодно себя называть.

– Все путем, пап?

– Да, спасибо, – сказал я. – Господи, неужели вам и вправду это нравится?

– Нет, пап, – ответил Роман, – мы поедаем их потому, что они нам ненавистны. Черт, конечно, нравится. Возьми себе тоже.

– Нет, я, пожалуй, не стану.

– Давайте, Тед, – подстрекательским тоном произнес Дэви. – Надо же хотя бы попробовать. Иначе у вас не будет права их критиковать.

– Ой, да иди ты…

– Я сбегаю вниз, куплю вам один, – сказал он.

– А почему он официантку не позвал? – спросил я, глядя, как Дэвид скатывается по лестнице.

– Да ладно тебе, пап, – сказал Роман. – Не притворяйся более невежественным, чем ты есть.

– Хм.

– Знаешь, Дэви ни разу в жизни не пробовал «биг-мака», не считая последних двух недель.

– Да, знаю, – ответил я.

– А теперь его за уши не оттянешь.

– Роман, – сказал я.

– А?

– Я знаю, у нас с тобой не было особых возможностей как следует поговорить о чем-либо, но я просто хочу сказать…

– Что? – Он рыгнул.

– Ну, просто хочу сказать, как чертовски здорово, что ты рядом. Я и не понимал, какой… какой ты отличный малый.

Он улыбнулся.

– Пап, ты смотришь слишком много дурацких американских телефильмов.

– Я видел столько же американских телефильмов, сколько съел больших «маков», – отозвался я. – По крайности, дай мне попробовать быть отцом, как бы плохо у меня это ни получалось. В общем-то, дело вот в чем. Я знаю, Элен сплавляет тебя в Лондон, только когда они с Брайаном отправляются в августовский отпуск, но если тебе вдруг захочется пожить у меня в какое-то другое время, то…

– Да, я бы не против, – сказал он.

– Умница.

– Так какие у нас планы на остаток дня?

– Ну, у меня, видишь ли, день расписан довольно плотно. Через полчаса я должен появиться в клубе «Каркун». Меня хочет видеть твоя сестра Леонора. Похоже, ее ухажер выставил бедняжку.

– Опять?

– Опять. И теперь ей негде жить. Я, вероятно, смогу подыскать для нее дом. После этого у меня свидание с издателем.

– Ты снова пишешь стихи?

– На сей раз роман, основанный на… на одной мысли, которая посетила меня месяц назад, когда я гостил в Суэффорде.

– И сколько времени это займет?

– Понятия не имею. Никогда не писал романов.

– Нет, свидание. С человеком из издательства. Сколько времени оно займет?

– О, полагаю, не более получаса. Зато потом я просто обязан смотаться в больницу, к Оливеру.

– Ничего себе, а мы-то что будем делать все это время?

– Ну да. Я к этому и подбираюсь. Так, погоди-ка… протяни руку. – Я вытащил бумажник. – Думаю, тридцати фунтов на брата для этого хватит.

– Да уж будь уверен! – сказал Роман. – А для чего – для этого?

– Задание на сегодня, – сказал я, отсчитывая в его ладонь шесть десятифунтовых бумажек. – Вы оба отправляетесь на Бруэр-стрит и пытаетесь протыриться на какой-нибудь фильм погрязнее или на постельное шоу. В виде доказательства принесете мне корешки билетов.

– А какая награда ожидает нас, если мы преуспеем?

– Наградой, Роман, неблагодарный ты ублюдок, будет наслаждение, которое вы получите от грязного фильма или постельного шоу. Мало тебе?

– Ладно. Твоя взяла.

– Отлично.

– Хотя, не понимаю, в чем смысл-то? – спросил, засовывая деньги в карман, Роман. – Просто позлить маму? Так она вряд ли об этом когда узнает.

– К твоей матери это решительно никакого отношения не имеет. Если тебе так хочется знать, это делается для блага ваших бессмертных душ.

– Хорошо. Я просто спросил.

– А кроме того, вашей парочке придется подыскать себе занятие и на вечер. Мы с Патрицией обедаем в «Ле Каприс»; возможно, потом она захочет заглянуть ко мне.

– Тогда нам понадобится больше тридцати фунтов.

99